Наверх
Меню
Меню
Статья
11/11
О живописи Алексея Аполлонова (2009)
Apollonov-01a.jpg
Apollonov-01a.jpg
Apollonov-02b.jpg
Apollonov-02b.jpg
1.JPG
1.JPG
2.JPG
2.JPG
3.JPG.part
3.JPG.part
4.JPG
4.JPG
Apollonov-01a.jpg
Apollonov-02b.jpg
1.JPG
2.JPG
3.JPG.part
4.JPG

О живописи Алексея Аполлонова (2009)

Плохо помню, почему именно эта статья оказалась в моем архиве. Кажется, речь шла о непорядочности главного редактора очередного украинского журнала-однодневки, который заказал мне тогда текст об Алексее Аполлонове.

Теперь, спустя несколько лет — а статья написана в 2009-м — это напоминание о довоенном искусствоведении позволяет сравнить прошлое с настоящим, — и в очередной раз сделать выводы. К примеру, о том, что художникам для того, чтобы оставаться собой, не обязательно комментировать новостные ленты.

 

 

 

В современном отечественном искусстве произведения Алексея Аполлонова занимают отстраненную, но вескую, а значит, уважаемую позицию, которую можно было бы сравнить с чудесной архитектуры крепостью, гармонирующую с пейзажем, а также с принятым в королевстве законодательством, но живущую по своим собственным, никому не мешающим законам. Живопись такого порядка может создавать только самодостаточный, немного замкнутый человек, относящийся всерьез к тому, каким образом идея превращается в образ, чувство сопутствует мысли; как перед произведением искусства отступает время.

«Инфанта» — последний живописный цикл художника, пожалуй, самый ироничный и самый грустный. Это подробная иллюстрация мысли о том, что в распоряжении современников осталось больше технологий, нежели новых художественных идей. Именно идеи, пригодные к осмыслению с отстраненной, уверенной, спокойной, философской, самоуглубленной, наконец, профессиональной точки зрения, являются объектом внимания художника.

Цикл «Инфанта» и предшествующие ему серии работ, посвященные другим шедеврам мировой живописи, основаны на размышлении Алексея Аполлонова о произведениях предшественников с точки зрения наступившего будущего. С той стороны мутного стекла времени, где мы все оказались, он рассматривает «Инфанту» Веласкеса, «Блудного сына» Рембрандта, музыкантов Караваджо. Аналитический взгляд художника деконструирует композиции на цветные пятна туманных стекол витражей, используя метод познания, который веком раньше рассекал на плоскости формы на холстах Врубеля, Пикассо, или Жоржа Брака.

Кроме того, цикл «Портрет инфанты Маргариты» — это разговор об аристократии в стране, в которой нет никакой аристократии. Это беседа о шедевре из коллекции одного из лучших музеев Киева, — города, в котором художник родился и вырос. Наконец, его «Инфанта» — это рассуждение о том, как быть с совершенством художественной формы в контексте художественного дискурса, мало заинтересованного в вопросах совершенства формы.

Поскольку новейшее искусство — это искусство идей, с живописным методом Алексея Аполлонова следует считаться так же, как принято считаться с вопросом преемственности в смене поколений или арт-школ. Художник уравновешено и спокойно пользуется классическим инструментарием, оперируя универсальными, «вневременными» образами. Его персонажи, его дома, его улицы и деревья его пейзажей расположены в той же плоскости истории искусства, в которой осваивал форму лиц современников Руо, уходил в пустые пейзажи Утрилло, где работали австрийские экспрессионисты. В этом мире никакая новость не способна ни потрясти мир, ни заставить свет по-другому обволакивать не раз виденные, но всякий раз иные стены, дома, города.

В живописной серии, посвященной композициям Караваджо, Алексей Аполлонов занят проблемой света. Целостность образов рассыпается на плоскости, фрагменты воссоединяются в целостных силуэтах, и живопись состоит из зримого присутствия богов, полубогов, мойр и парок; судьбоносных существ.

За пределами серии Караваджо силуэты приобретают очертания других людей — обычных пляжников, человеков и человечков, формы которых размыты, и все самое важное о которых поэтому всегда остается недосказанным. Так случается у слишком хорошо воспитанных людей, неспособных на чрезмерную прямолинейность, — пока зритель не поймет главного: смысловым центром живописи Алексея Аполлонова остается свет. Источник света в его картинах чаще всего расположен за пределами композиции. В вихре мазков краски внезапно оказывается густой след нетронутых пигментами белил, а то и вовсе отсутствие масла: грунт, чистый холст, праидея живописи, — там, где должно быть пятно света.

Живопись Алексея Аполлонова в отечественном искусстве напоминает ценителям о том, что значит для современного художника чистота стиля. Будучи свободным от преходящих концепций моды, а также условий тех или иных художественных объединений, Алексей Аполлонов равно свободно обращается с эстетикой различных художественных школ. Умножая их все на эстетику экспрессионизма, непринужденность Парижской школы, потом — на человечность экзистенциализма, художник уходит от «Библейских сюжетов» к «Ванной комнате», оттуда возвращается писать «Головы», «Встречи», «Купальщиц», откуда ему недалеко до «Одиночества», «Инфанты» и «Собирателей раковин».

Графические серии Алексея Аполлонова — «Окна», «Музыка», «Охота», «Графика 2005» — отличаются безупречным рисунком. Импровизации «Музыки», посвящения доисторическим эпохам «Охоты», библейские ремарки «Сотворения человека» не отпускают зрителя за пределы того типа полихромии, которую можно было бы сравнить с живописной трактовкой джазовой музыки.

Творчество Алексея хочется сравнить с тем, что ты любишь; с музыкой, например, с джазом; с любимыми книгами, — к примеру, с прозой Хулио Кортасара; с личностной беседой о том, что кажется зрителю действительно близким. Его живопись предоставляет смотрящему ровно столько тонкости, сколько тот в состоянии принять; творчество этого художника говорит о каждом движении бытия, обо всех проявлениях жизни в искусстве; о лучшем, что есть и в искусстве, и в жизни, — о том, что, часто оставаясь за пределами холста, несет ответственность за должное количество света в безупречно выстроенных композициях.

Дана Пинчевская

искусствовед

 

О художнике. Алексей Аполлонов — живописец, график, скульптор. Родился в 1962 году в Киеве. В 1986 окончил Киевский государственный художественный институт (теперь Национальная Академия изобразительного искусства и архитектуры). Член Союза Художников Украины. Автор 11 персональных художественных выставок, участник многочисленных групповых выставочных проектов.

Иллюстрации:

 

1. Вечер. 42х62, Холст, масло. 1994
2. На Подоле. 42Х62. Холст, масло. 1994

3. Полдень. 90х50. Холст, масло. 2005

4. Сумерки. 30х40. Холст, масло. 1999.

5. Красный домик. 70х70. Холст, масло. 2005.

6. Старый дом. 40х35. Холст, масло. 2005

 

 

комментарии
Календарь
27/04

27 квітня в Dymchuk Gallery Bird in Flight відкриває виставку переможниці премії «Укрсучфото» в номінації «Відкриття року» Яни Кононової — «Under the weather». Ідіома ...

27/04

Виставка RENOVATION в БУХТА art space на першому поверсі Річкового вокзалу представить роботи 12 українських художників, фотографів та скульпторів, які були визнані найкращими з-поміж 190 претендентів ...

01/05

1 травня о 19:00 у Хлєбзаводі відбудеться відкриття виставки «Хроніки неоголошеної (гібридної) війни. Або Ватна бухгалтерія» Олега Харча. Книга художника є текстовим колажем достатньо ...

ФОРМА ОБРАТНОЙ СВЯЗИ
Проверочный код *
Восстановить пароль
Для восстановления пароля введите адрес электронной почты, указанный Вами при регистрации. Вам будет отправлено письмо с дальнейшими рекомендациями.
Если у Вас возникли вопросы, свяжитесь с нами по телефону: 044-331-51-21
Авторизация
Регистрация
* Обязательно для регистрации на ресурсе
** Обязательно для выставления лотов
Пароль должен иметь длину не менее шести знаков; содержать комбинацию как минимум из трех указанных ниже знаков: прописные буквы, строчные буквы, цифры, знаки препинания; не должен содержать имени пользователя или экранного имени.
Проверочный код
правила ресурса *
условия аукциона **