Наверх
Меню
Меню
Интервью
09/11
Антон Логов: "Язык искусства более универсальный, чем политический"
16.jpg
16.jpg
Саатчи 15.jpg
Саатчи 15.jpg
16.jpg
Саатчи 15.jpg

Антон Логов: "Язык искусства более универсальный, чем политический"

Осень этого года подарила нам два значительных выставочных проекта, организованных Институтом проблем современного искусства – «Опір матеріалів»  и «Теорія вірогідності». Оба эти проекта – групповые, при этом очень цельные по идее и по организации выставочного пространства.  К участию во втором проекте кураторы Института привлекли достаточно большое количество молодых украинских художников, которые представили интересные и зрелые работы. Участие в общенациональных проектах Института дает возможность молодым художникам заявить о себе, показать в рамках этих выставок часть своих более масштабных проектов. Это открывает перед ними дорогу и к европейскому зрителю – в подготовке очередной выставки современного украинского искусства в галерее Саатчи в Лондоне принимал участие от лица Института куратор Андрей Сидоренко, который помогал организаторам выставки в галерее Саатчи выбрать работы молодых украинских художников.

Мы встретились с Антоном Логовым в небольшом уютном киевском кафе на Ярославом валу вскоре после его возвращения из Праги. А перед этим была поездка в Лондон, участие в выставке в галерее Саатчи – впечатлений за очень короткий промежуток времени накопилось много.

Мы только недавно писали о Вашем участии в выставочном проекте Института проблем современного искусства «Теорія вірогідності», сейчас Вы вернулись из Праги, а перед этим были в Лондоне в рамках подготовки выставки в галерее Саатчи. Эти события для Вас как-то связаны между собой?

У каждого своя история. Я даже не планировал туда, в Лондон,  попасть...
Могу рассказать, как это изначально всё происходило.

Я слышал о том, что в прошлом году был такой проект, но не думал, что я в этот раз туда попаду. Просто позвонил Андрей Сидоренко и сказал, что есть такое предложение. Рассказал о том, что позвонил Найджел Хёрст и предложил украинским кураторам: Андрею Сидоренко, Александру Соловьёву и Марине Щербенко, чтобы они подготовили и представили ему работы интересных украинских художников для украинского проекта в галерее Саатчи. Вначале это был как некий срез молодого поколения, потом они его дополнили, обогатили  художниками более старшего поколения — художниками современного украинского искусства. Такие художники, как О. Тистол, А. Соломко, П. Маков, Н. Маценко, А. Ройтбурд — они уже заняли свою нишу, сделали свой вклад в современное украинское искусство. Я предложил А. Сидоренко свои живописные работы, объекты, инсталляции, коллажи. Он долго не отвечал, говорил, что отбирают, что-то было непонятно. Потом он попросил ещё что-нибудь из материалов. Я ему предложил посмотреть в Facebook на моей страничке альбомы.

Участники украинской делегации на выставке в галерее Саатчи: Даниил Галкин, Андрей Сидоренко, Антон Логов, Марина Талютто, Анна Сороковая, Люба Маликова, Жанна Кадырова, Марина Щербенко.

Тут нужно немного пояснить. До этого, в конце лета, у меня была свадьба. У нас было интересная организация свадьбы – мы ее решили отпраздновать во дворе моей мастерской на улице Петропавловской (это своеобразное место — Союза дизайнеров). Внешне это — типичный Советский Союз конца 80-х годов. Довольно пошарпанное помещение, которое когда-то было автопарком, во дворе стоят разбитые машины. Мне там очень комфортно, могу отстраниться от окружающего мира и чувствовать себя не в Киеве. Пригласили гостей на мини-проект — инсталляцию, при этом я не говорил о том, что это будет свадьба. Инсталляция была из рамок, которые были там во дворе. В принципе, то же самое я потом показал в Саатчи. Старые доски, стол, выброшенные окна. Я обыграл эти старые предметы.

Лондон. Галерея Saatchi. Инсталляция Книга Времен. 2014

Андрей потом перезвонил и сказал, что отобрали именно эту работу. Это было символично для меня – отобрали мою "свадебную работу". Вторая работа, которую отобрали — работа с лампочками. Это было наше дворовое освещение, стандартные лампочки на открытой проводке. Я скрутил их на планку и прицепил к ним жёлтую чашку.  Всё это было у меня в альбоме в Facebook. Это некая предыстория того, что было потом показано в Саатчи.

8 октября   — через два месяца после моей свадьбы, было открытие выставки в Саатчи. Лично для меня это символично, то есть отобрали все те работы, которые были на свадьбе, ещё и даты совпали.

Они отобрали более дешёвые вещи, так как для них это образ Украины, которая представляется им в таком полуразрушенном состоянии. Они это видят как некий живой организм. Там у меня были предметы из советского прошлого: старые стулья, стол, оконные рамы, характерные для той эпохи.  Я потом уже и сам осознал, что те старые предметы и современные (лампочки) символизируют переход от того периода в современность, некий такой срез... Я назвал это "Книга времён". Там была ещё книга — своеобразная "Книга отзывов", в которой можно было нарисовать, оставить свой меседж. На открытии много людей  что-то там рисовали, писали. Это получилось некое повествование о том, что происходит сейчас, такой своеобразный message в будущее.

Получается так, что сначала рука брала предметы для инсталляции, а осознание того, что в итоге сформировалось, пришло позже?

Да, так и было. Это было интуитивно, что именно эти предметы надо собрать. У меня часто так происходит. У меня не бывает такого, что я придумал от начала до конца какой-то проект, всё просчитав математически. Иногда самое интересное решение приходит в самый последний момент.

Если Вы сами в конце начинаете осознавать, что получилось и почему, то у зрителя, тем более, много места для фантазии? Зритель уже сам что-то додумывает, высказывается?

Зритель уже сам расшифровывает. В Лондоне работа "зацепила" публику, были разные отзывы. Там были люди разных национальностей. Они, не зная Украины, по-своему видят некую абстрактную форму, которую я им представил.

Они это воспринимают больше как парафраз, отображение наших революционных событий, или всё-таки как просто чистое искусство?

Они это больше воспринимают как игру. Они ничего не знают о нашей революции. Люди мало что знают, вообще, об Украине. Это нам кажется, что много информации, президент ездил в Европу и т. д.

Для них это некая ситуация сопоставления через эти вещи.  Эти предметы, которые у меня там были в инсталляции — они универсальны. Поэтому язык искусства, на мой взгляд, он более универсален, чем язык политический.

Подготовка к этому проекту у Вас началась задолго до его начала?

Я просто передал все эти предметы и собрал их уже там на месте. Это невозможно перевозить никаким транспортом, так как получается масштабная инсталляция где-то 7 метров в длину.

Насколько авангард прошлого века отражается сегодня в твоем творчестве? У тебя есть проекты Татлин-1, Татлин-2. Насколько Татлин, Малевич влияют на тебя?

Конечно, всё это ведет свой отсчет из тех времён, поэтому я всё называю своими именами. Это не значит,  что я беру и повторяю чьи-то работы. Я называю их чьей-то фамилией. Для кого-то это абстрактная фамилия, для кого-то — известная. Я назвал свои работы фамилией человека, который вошёл в историю, внёс что-то интересное в своё время. Он  не похож ни на кого. Татлин мне нравится как конструктивист, который создавал какие-то объекты. На то время они были революционными, совершенно не вписывающимися в окружающий мир.  Сейчас они смотрятся просто  современными конструкциями, органичными для современности.

Современная архитектура основана на Малевиче, Татлине, Лисицком. Это поколение уникально. Я считаю, что о них надо говорить. Моя работа – это напоминание об одном из родоначальников авангарда.

Ты чувствуешь влияние философии и концепций Татлина? Они потом переносятся в твои работы или это не прямое цитирование?

Я больше нейтрально к этому отношусь. Это некая ссылка, напоминание об источнике, некий своеобразный message к тому времени.

Почему у меня Татлин -1, Татлин - 2? Это одна и та же работа, которая трансформирована. Я стараюсь не повторять свои работы. Она была выставлена на террасе «Я Галерея» и второй раз я выставлял ее в «Мыстецком Арсенале». Во второй раз она уже по-другому зазвучала, я ее трансформировал, поднял на стену, видоизменил форму. Поэтому это уже не может называться одной и той же работой, хотя материалы — те же.

Где ты в основном выставляешь свои работы?

Персональные проекты я выставляю в «Я Галерея». Также у меня многолетний опыт сотрудничества с ИПСИ, я у них выставляюсь уже третий год. Я считаю, что это одна из немногих институций,  которая действительно занимается новыми проектами на том уровне, на котором это должно быть. Они идут на риск, приглашают новых людей, они абсолютно открыты новому, что очень важно.

Я Галерея. Проект Климат-контроль. 2014

За последние два-три года этот институт шагнул далеко вперёд. Мне кажется, что с тех пор, как Андрей Сидоренко начал заниматься там кураторством, это место зазвучало. До этого я не помню таких интересных проектов.
В Саатчи тоже всё хорошо прозвучало. Сейчас Андрей поехал в Чикаго, повёз туда на выставку часть проекта про Майдан. Кураторство у него хорошо получается.

Поскольку мы заговорили о кураторстве, хотелось бы услышать твоё мнение о практике продвижения молодых художников в Европе. Как это происходит у них, какие возможности для продвижения, развития?

Моя личная история такова, что когда я заканчивал академию, на последнем курсе (это было в 2009 году), я поехал в Европу. Мы с друзьями поехали на биеннале,  плюс мы хотели ещё походить по музеям Парижа и Вены. Как раз в этой поездке я познакомился с Пашей Гудимовым, он предложил мне принести ему свои работы. Для меня появился некий взгляд со стороны на вопросы современного искусства.  В академии не было такого индикатора именно в области современного искусства.

Мое поколение не очень понимало то, что происходит в мире современного искусства. Появлялись какие-то выставки с 2004 по 2010 год. Появилась группа РЭП. Открывались какие-то галереи.  Это были параллельные процессы: обучение в академии и развитие современного искусства в стране.

  

Перед этим я закончил Одесское художественное училище. То есть ещё там, в Одессе, я прошёл почти всю программу, которая потом была здесь, в академии: портрет, фигура и т. д. Может,  в несколько сокращённом варианте. Мне было уже неинтересно повторять всё то же самое в академии. Меня ещё в училище интересовали какие-то творческие вещи. На первом курсе в академии на летней практике я написал абсолютно творческие работы и выставил их. Мне поставили "двойку". Это был реальный факт. Эти работы пришлось переделать, мне предложили пересдачу. Пересдал на "четыре", «пятерка» уже не светила. Я понял, что там нет смысла что-то доказывать и показывать в плане творчества. Их интересует только программа.

Так нужно ли тогда вообще академическое образование?

Оно нужно, но только ты сам уже должен анализировать, что конкретно тебе нужно. Что-то оказывается нужным, что-то ненужным.

В академии дают натуру, это — дорогая вещь.  В Европе это очень дорого стоит. Я считаю, что это — школа и это  хорошо. Это должно быть. Это такой фундамент, на котором все держится. В Европе уже происходят другие процессы, там другая система обучения.

Живопись — одно из самых сложных направлений искусства. Можно сказать, что в ней уже всё сказано и сложно найти нечто новое, свое. Ты сейчас больше занят проектами по инсталляции или это параллельный процесс с живописью?

Я занимаюсь живописью. В сентябре у меня был проект "Климат - Контроль" в «Я Галерее». Это живопись, там были только холсты.

Просто у меня, наверное, до сих пор происходит некий поиск.
Инсталляции более интересны, потому что это быстро, их можно менять. Это очень живой процесс, который не останавливается. Назавтра что-то изменил, и это уже что-то другое. В этом плане интересно. Живопись всё-таки замыкается в плоскости. Инсталляция выходит за плоскость, это уже 3D , она выходит в пространство. Это уже даже больше, чем скульптура.



Ты видишь будущее за проектами по инсталляции?

Я бы так не сказал. Можно сказать, что это где-то уже и прошлое. В Европе, у них это уже классический вид искусства, такой же, как и живопись, который уже прошёл свой путь. Есть художники-классики, которые этим занимались, у которых этому учатся. А у нас, я считаю, что ещё нет таких людей, о которых можно сказать, что это классики инсталляции.

Поездка в Прагу была плановой или это был скорее отдых?

Я ездил к знакомому, у которого был на пленере в 2011 году, хотел походить по музеям. Он мне предложил организовать встречу с украинской диаспорой. Это был авторский творческий вечер. Люди интересуются искусством, были художники, которые там работают. Я им показывал на проекторе свои работы.

Набор инсталляционных средств: поддоны, доски — это какая-то рефлексия на конструкции, которые возводили протестующие, на баррикады?

Здесь нельзя сказать однозначно. Я с этой инсталляцией ездил ещё в 2013 году (это был август-сентябрь), то есть до событий на Майдане. Это было ещё спокойное время. То, что я делал уже специально по событиям — это уже было развитие темы. Оно попало в тему, но изначально это не делалось нарочито. Мне просто был интересен материал. Он доступный, интересная форма, а дальше — просто совпало.

 

 

 

Антон Логов и Галина Браиловская. Институт проблем современного искусства. Инсталляция Забавы. Теорія вірогідності. 2014

Напрямую я баррикады не делал. Сейчас я понимаю, что это действительно может давать некий отсыл к социальности. Поэтому я беру и использую реалистичные предметы. До этого я делал, можно сказать, некие абстрактные формы. Сейчас вот этот последний проект с машиной в ИПСИ.  Он абсолютно социальный. Тут уже ничего не скажешь. Это реальная машина, которая сгорела в феврале 2014 года. Владелец этой машины — оператор 5-го канала Олег Криштопа. В интернете есть вся информация, как тушили эти машины. Тогда сгорело 8 машин в один вечер по одному и тому же принципу. В разных местах целенаправленно были брошены коктейли Молотова.

Инсталляции — это всё-таки концептуальные работы. Есть какой-то посыл, намек, чтобы донести зрителю твой творческий замысел?

Для этого я даю своим работам названия, чтобы направить зрителя.
Да, в современном искусстве много неоднозначных вещей, которые можно по-разному трактовать. Для этого я даю некое определяющее направление со своей стороны, ну а дальше — целое поле для фантазий, которое может развить себе зритель.

Есть направление, но нет однозначной трактовки. Меня обычно пугают вещи, которые однозначно говорят о событиях "напрямую" (что это сделано "на злобу дня" и выставлено). Это другое поле социального искусства.

Как ты видишь своё творчество в будущем, своё дальнейшее развитие?

Антон Логов. 2014.

Сложно прогнозировать, но хотелось бы совмещать жанры. Вынести живопись в другой формат. Мне интересно найти новый код для живописи (не реалистичной, а абстрактной). Параллельно хотелось бы продолжать заниматься инсталляцией, которая мне интересна вообще как жанр, совершенно новый для меня и не изученный досконально в Украине.
Для меня это какой-то начальный этап. Тут — целое поле деятельности, которое надо изучать. Нужно ездить, смотреть, что делают люди, что уже сделано.
Для меня и живопись, и инсталляция — это всё виды художественной деятельности. Можно снимать видео и быть художником. Это стирает грани и в этом интерес выхода к общей истине. Что бы ты  ни делал: скульптуру, живопись, что-то концептуальное (какой-то текст), но при этом ты можешь быть художником, или не быть им. Просто надо убедительно делать какие-то вещи.

Убеждать зрителя, а не копаться в какой-то определённой отрасли — вот это мне интересно.

Проект «История искусств», в котором каждому художнику присвоен свой цвет. Почему цвета к каждому из художников были подобраны именно таким образом? Это как-то связано ассоциативно с каждым из художников?

Это был проект "История искусств" в Музее истории Киева в марте 2014 года. Там были покрашены планки в разные цвета (7 цветов). Красный — Матисс, он выразил этот цвет максимально. Жёлтый — Ван Гог (его подсолнухи, пшеница, солнце). Он, вообще, художник солнца.

Сейчас запланированы какие-то проекты на будущее?

Очень много. Трудно говорить что-то конкретно, часто что-то срывается. Это живой процесс. Есть два проекта, которые я планирую сделать уже в ноябре. Я не буду говорить конкретно, что это... Это командные проекты, очень интересные.

Я знаю художников, которые выставляются только персонально. Мне, наоборот, даже более интересны командные вещи. Это как раз возможность раскрыться многогранно. Это — опыт. Ты смотришь на других, на то, как твоя работа взаимодействует с другими.

Раньше художники ездили на творческие встречи, на пленэры, на симпозиумы и т. д. Сейчас это работает?

На самом деле есть много возможностей. Зная, хотя бы минимально иностранный язык, ты можешь податься в какую-то резиденцию — поехать на месяц-два. Можно просто ездить, набираться опыта, ходить по музеям. Конечно, книги, интернет, видео — никто не отменял! Живое общение — самая глубокая наука. Надо сочетать в себе обучение и реальность. В принципе, искусству можно научить, но, сколько бы ты ни учился, без практики ты понять ничего не сможешь.

Какие формы для развития современного искусства в Украине ты видишь наиболее интересными? Традиционная работа с галереями, симпозиумы или что-то ещё?

У нас, в принципе, всё есть. Хотелось бы большей поддержки со стороны государства и больше меценатов. Во все времена всё искусство держалось на меценатах. Множество музеев открывалось меценатами. Это — подвижники. У этих людей есть деньги, но они при этом развиваются духовно и культурно. У нас этого ещё мало. В Европе множество музеев в ХХ веке было открыто меценатами. Мало коллекционеров, нет музеев современного искусства. Даже в Киеве его постоянно то открывают, то закрывают. Всё очень централизованно, почти вся жизнь сконцентрирована в столице. В Европе можно встретить какой-то очень интересный музей не в столице, а где-то в глуши.

Но, с другой стороны, я понимаю, что в Европе скучная ситуация. У них нет такого живого интереса к искусству как у нас. У нас ведь каждый день что-то происходит. Каждый проект — это некий шаг вперёд. Появились новые люди, новый взгляд на тему — это развитие. Это некий романтический период и со временем это будет очень интересная ценная вещь, как в 90-е. Это время надо ценить, оно уже историческое. Есть поле для мыслей. Это очень ценно.

У меня очень оптимистичный  взгляд на будущее нашего украинского современного искусства. Мне кажется, что просто нужно пройти какой-то отрезок пути. .

Я думаю, что для этого как раз нужно образовывать людей. Это как раз то, чем Вы занимаетесь. Это очень важно.

Вот выставка в Лондоне — большой позитив. Люди там мало знают об Украине, но благодаря этой выставке что-то узнали о её художниках, о нашем искусстве. Возможно, часть из тех, кто посетил выставку, придя домой, посмотрит в интернете информацию о нашей стране. Это — важная роль и большая ответственность украинских художников, которые фактически представляли страну.

ИПСИ. Постфактум. Ольга Касянюк и Антон Логов. Теорія Вірогідності. 2014

Спасибо за интересную беседу. Очень важны встречи с художниками.

Да, это важно. Важно проговаривать свои мысли. Так приходит понимание процесса. Это полезно. Ты погружаешься. Говорят, что если хочешь понять предмет, надо начать его преподавать.

Антон показал нам, как трудится художник – всегда и везде. Свои путевые заметки, образы, которые у него возникают, он фиксирует в своей записной книжке, но это не записи в общепринятом понимании этого слова. Получилась подборка очень интересных коллажей, которые сами по себе могут стать основой для новых более масштабных работ.

  

  

  

Фото: Галина Браиловская, Владимир Денисенков, Ольга Касянюк и Антон Логов

комментарии
ТОП Интервью
24/05

Твоя последняя работа называется "Гиперонимы". Почему именно это название? Что подсказало идею? Название "Гиперонимы" пришло ко мне незадолго до самой выставки. Дело в том, что эта ...

Календарь
24/08

24 серпня, на набережній міста Вишгород відбудеться унікальна подія – урочисте відкриття та презентація 3D-малюнку на асфальті під назвою «Літаюча чайка». Спільний арт-проект ТМ KOMPOZIT ...

25/08

Галерея сучасного мистецтва «Триптих АРТ» презентує проект скульптора Ганни Киселевої «Енергія спокою» Сліди дотиків до глини в стані спокою породжують скульптури… Споконвічні ...

25/08

Мистецька галерея Гері Боумена  запрошує на відкриття виставки «KRAЇNA: Я – земля» Лесі Марущак (Канада)   Виставка «KRAЇNA: Я – земля» це ...

ФОРМА ОБРАТНОЙ СВЯЗИ
Проверочный код *
Восстановить пароль
Для восстановления пароля введите адрес электронной почты, указанный Вами при регистрации. Вам будет отправлено письмо с дальнейшими рекомендациями.
Если у Вас возникли вопросы, свяжитесь с нами по телефону: 044-331-51-21
Авторизация
Регистрация
* Обязательно для регистрации на ресурсе
** Обязательно для выставления лотов
Пароль должен иметь длину не менее шести знаков; содержать комбинацию как минимум из трех указанных ниже знаков: прописные буквы, строчные буквы, цифры, знаки препинания; не должен содержать имени пользователя или экранного имени.
Проверочный код
правила ресурса *
условия аукциона **