Наверх
Меню
Меню
Интервью
13/04
Художник Лариса Пиша. "Каждый человек, как фрагмент человечества, остается в памяти исторической единицей"
in art 9.jpg
in art 9.jpg

Художник Лариса Пиша. "Каждый человек, как фрагмент человечества, остается в памяти исторической единицей"

Художник Лариса Пиша: «Жінка і війна»

Беседа с Даной Пинчевской о посттравматическом синдроме

 

 

- У многих из нас, - думаю, я не ошибусь, сказав, что это касается всего украинского общества, - немало причин для того, чтобы вспомнить киевские события прошлогодней давности: в социальных сетях с конца ноября бродит множество фотографий героических и повседневных событий Революции достоинства, ее средневекового городка, каким был год назад Майдан. Выставки, посвященные этой теме, представляют большую часть современного украинского искусства в мире. Скажите, как эти события отразились на Вас?

 

- Очень сильно. Поменялся образ жизни: я — человек, который привык в нормальной ситуации вставать в шесть утра, идти в спортзал, а затем выгуливать собачку, в этой ситуации не спала ночами, мерзла на улице, встречала Новый год на Майдане и т. д. Мои представления о счастливой жизни резко изменились. Раньше мне хотелось быть человеком обеспеченным, со спокойной жизнью, с хорошей одеждой; я себя видела красивой женщиной, посещающей спортзал.

 

После я поняла, что эти ценности были притянуты в мою жизнь насильно, мной же, и они не имеют ко мне никакого отношения. Самым важным переживанием стало ощущение свободы, ощущение себя свободным человеком, - и желание, чтобы меня окружали свободные люди в моем государстве, на моей земле, там, где я родилась и выросла и откуда не желаю уезжать. Словом, прошлая зима была очень тяжелой, но сейчас всем нам ничуть не легче.

 

 

- У Оксаны Чепелык была такая серия микрофильмов, сведенных в довольно большой хронометраж, под названием «Жінка і війна». Сейчас в некотором смысле трудно говорить о посттравматическом синдроме, потому что одна травма уступила место другой: трагедии Майдана сменили трегедии АТО, и новые истории в чем-то похлеще прежних; разница для киевлян в том, что первая часть этой истории происходила на наших глазах, а вторая разворачивается в других городах. Как Вы, будучи художницей, решаете эту ситуацию для себя?

 

- Здесь следует разделить женщину и войну, художницу и войну, и патриота и войну. Я считаю, что женщин только согласно их личным желаниям, умениям и, соответственно, образованию можно пускать на войну. Вообще война — это для того, чтобы защитить женщин и детей. Когда мой знакомый спросил меня, что я буду делать, если война придет в Киев, я ответила: «Виштовхну свого чоловіка на війну, щоб захищав батьківщину, а сама вдома залишусь». Но как художник и патриот я думаю об этом совершенно по-другому. Я воевать не умею, и была бы там совершенно бесполезным грузом. То, что я умею делать: живопись, дизайн интерьеров, витражи и даже украшения, - я умею делать хорошо, но к войне это не имеет никакого отношения: на войне я не могу сделать ни-че-го. И, знаете, я не считаю, что во время Майдана начала года у меня была травма: тогда я могла хоть что-то сделать, хотя бы вынести горячий чай ребятам. А сейчас этого нет: только помощь деньгами или теплыми вещами. Сейчас я вообще не влияю на ситуацию: я не могу подсказать нашему правительству, как решать этот вопрос, я совершенно не разбираюсь в военной тактике, и считаю, что множество народу лезет со своими советами, тоже ничего в этом не понимая. Есть же какая-то государственная тайна; есть какая-то военная политика, и далеко не всем нужно все знать о целях и планах нашего военно-промышленного комплекса. Я считаю, что каждый должен делать свое дело на своем месте, профессионально и хорошо.

 

 

- Как Вы считаете, искусство должно принимать активное участие в государственной идеологии?

 

- Обязательно. Точнее, я думаю, что художник не может закрыться у себя в мастерской и не видеть мир, не видеть реальность. С другой стороны, художник никому ничего не обязан; и не только художник. Важна честность: если ты лжешь в искусстве, о чем бы ни шла речь, - о проектах, связанных с кино, современным искусством, живописью, - делаешь то, что не соответствует твоим мыслям или твоему уровню, это всегда видно, и всегда противно. Но прямое, лобовое отражение происходящих событий тоже малоинтересно: можно выйти на улицу и во всем убедиться самостоятельно. Художник должен переосмысливать происходящее, пропускать через себя, какими бы средствами он ни владел, скрипкой или кистью. Это касается не только художников, - это касается вообще всех, включая водителей автобусов.

 

 

-  А мне кажется, что самой естественной женской реакцией является та или иная форма эскапизма, попытка уйти из дискомфортных условий, из ситуации, с которой ты не можешь совладать. Я видела Вашу живопись и витражи, - это произведения человека, склонного создавать миры, глядя на которые, легко отключиться от слишком больших событий и сосредоточиться на чем-то еще, - метафизике пейзажа или обаянии маленьких деталей карманного мира. Какие изобразительные ряды Вас вдохновляют?

 

- Я не ситуативный художник, я художник предчувствий. У меня была картина, написанная задолго до Майдана, - «Мост наступает». Это реалистическая картина, посвященная Русановским садам, постройке моста, который разрушает их природу; они уже почти не существуют, эти прекрасные летние домики, потому что все меняется, а на этой работе ощерившиеся бетонные конструкции подчеркивали наступающий из будущего ужас. Когда мы сделали выставку в Русском музее с этой работой, как раз начался Майдан. То есть у меня происходящее отражается не в теме работы, а в ее атмосфере, может быть, неуловимой на первый взгляд, - я не люблю прямолинейности.

Что касается украшений, то это действительно женское занятие, исполнение желания небольшой красоты и душевной теплоты.

 

Лариса Пиша. "Мост наступает"

 

- Ваша недавняя выставка в Доме художника балансировала на грани между трагизмом, который мы все переживали в качестве частей постреволюционного общества, и оптимизмом людей, у которых было счастливое детство, умеющих создавать образы, поднимающие зрителя, превращающие его в человека, способного верить во что-то, на что-то надеяться, как говорят, «завышать планку». Ваши стеклянные письма и стеклянные цветные лесенки могли заставить зрителей, - возможно, не всех, а только таких, как я — людей не слишком жизнерадостных, - подумать о неспешности, позволяющей не делать лишних движений, а также об усилии, сопровождающем желание верно понимать и оценивать происходящее; не поддаваться судьбе, а взаимодействовать с ней, пытаясь ее изменить. Как родилась эта выставка?

 

- Есть какие-то общие законы развития человечества и развития вселенной. И мне кажется, что, в конечном счете, эти законы оптимистичны. Могли ли мы в детстве представить, что этот монстр, СССР, в конце концов, развалится? Есть всеобщие законы, и, если человек их чувствует, скажем, занимаясь восточной философией, он начинает понемногу их понимать. Абстрагируясь, учишься рассматривать любую ситуацию сверху, понимая, что любая ситуация находится в развитии, и она продолжает разворачиваться, а ты — только звено во всеобщем развитии. Будучи вырванным из контекста, чувствуя себя отделенным от этого процесса, человек конечен в принципе. Поэтому, глядя на историю раскрытия Земли, думаешь, что все должно быть хорошо, и человек должен мыслить позитивно и оптимистично, - и верить в то, что то, что ты делаешь, ты делаешь не зря. Без этой веры жизнь бессмысленна; эта вера - это, в сущности, и есть оптимизм. Будучи художником, я думаю, что людям нужно прививать веру в нечто хорошее; в лучшее.

 

  

- Спасибо. А «Листи»?

 

- «Листи» - мятые стеклянные пластинки без текстов, с датами внизу, - это то, что уже было; то, что никуда не исчезло, потому что сплавляется с пространством, соединяется с ним, как бы остается в эфире, забытое и незабытое одновременно. Нет такого понятия, как совершенное забвение, - как и совершенная память. Каждый человек, как фрагмент человечества, остается в памяти исторической единицей, - как часть своего народа, своей земли, наконец, художественного процесса.

 

- Это не противоречит острому индивидуализму, свойственному профессии художника и вообще творческим профессиям?

 

 -Мне кажется, нет. Какую бы позицию художник ни занимал, он все равно включен в общий процесс развития искусства, и в нашем веке, как бы нам ни хотелось, нельзя быть художником эпохи Возрождения. Которое, кстати, в нашей стране – хотя бы в плане экономики, - рано или поздно наступит.

 

- Было бы неплохо. Для художников это особенно важно, поскольку у нас при любых экономических кризисах культура обычно страдает первой.

Лариса, я попробую перечислить виды искусства, которыми Вы занимаетесь: это живопись; витраж; стеклянные украшения; дизайн интерьеров; художественный металл... А еще?

 

- Я закончила КХИ, училась в мастерской монументальной живописи; помимо собственно живописи и витражей, это еще мозаика. Но, поскольку у нас сейчас монументальной живописи нет, все эти техники стали в больше степени декоративно-прикладными. И поэтому я с удовольствием занимаюсь работой с интерьерами, делаю декорации интерьеров, - к этому виду искусства совершенно другие требования, и оно теперь свободно от идеологической нагрузки. В этой области я знаю почти все, и, наверное, единственное, чего я не умею и мечтаю научиться — это делать металлосварку.

 

Монументальная живопись сейчас - это может быть сакральная живопись, это роспись церквей. Я всего несколько раз участвовала в таких проектах. Все остальное назвать монументальным искусством нельзя даже с натяжкой. И это хорошо: мы при СССР наелись до отвала идеологических памятников с политической нагрузкой. Какие бы художественные качества не были у памятника партийному деятелю, он остается памятником партийному деятелю, он является идеологическим символом. Памятник Гитлеру, сделанный прекрасным скульптором, остается памятником Гитлеру, и такие памятники нужно уничтожать: они не являются произведениями искусства.

 

- Я решила поговорить с Вами именно потому, что обратила внимание на очень необычное сочетание в Вашем творчестве общественного и личного. Больше спасибо за беседу.

 

Беседовала Дана Пинчевская

комментарии
ТОП Интервью
17/09

Митці Микола та Марина Соколови.  Інтервюер: Дана Пінчевська   Д. П.: Вітаю вас з майстерні відомих київських митців, — художника Миколи Соколова та його дружини, Марини.  М. ...

Календарь
22/10

Мистецька галерея Гері Боумена запрошує на відкриття виставки Володимири Ганкевич. Феномен Володимири Ганкевич відбувся на мистецькій арені Львова вже давно. Неодноразова ...

23/10

Галерея сучасного мистецтва «Триптих АРТ» представляє  EXIT Владислава Шерешевського   Міська людина, що опинилася на природі, гостро відчуває свою чужерідність ...

ФОРМА ОБРАТНОЙ СВЯЗИ
Проверочный код *
Восстановить пароль
Для восстановления пароля введите адрес электронной почты, указанный Вами при регистрации. Вам будет отправлено письмо с дальнейшими рекомендациями.
Если у Вас возникли вопросы, свяжитесь с нами по телефону: 044-331-51-21
Авторизация
Регистрация
* Обязательно для регистрации на ресурсе
** Обязательно для выставления лотов
Пароль должен иметь длину не менее шести знаков; содержать комбинацию как минимум из трех указанных ниже знаков: прописные буквы, строчные буквы, цифры, знаки препинания; не должен содержать имени пользователя или экранного имени.
Проверочный код
правила ресурса *
условия аукциона **